Истинная история Чо-чо-сан

Елена Гинцберг
28.03.2022 г.

Почему японцы веселятся, когда слушают «Мадам Баттерфляй»

История взаимоотношений Японии и западного мира представляет собой огромное количество непониманий, ложных толкований и ошибочных представлений одного народа о другом. Многие привычные японцам вещи невозможно объяснить европейцам и наоборот: то, что понятно и естественно для жителя Европы, выглядит странным и нелепым в глазах японцев.

Яркий пример – знаменитая опера «Мадам Баттерфляй». Говорят, японцы очень веселятся, когда смотрят ее. Потому что сюжет абсолютно не соответствует реальности.

 

Сюжетная линия

Напомню вкратце историю: Лейтенант морского флота, американец Бенджамин Франклин Пинкертон вступает в любовную связь с гейшей по имени Чио-Чио-сан, что переводится как «Бабочка». Отсюда и английская версия этого имени – «Баттерфляй». Из любви к нему она даже принимает христианство. За связь с американцем и за смену веры от девушки отворачиваются все родные и близкие, но она счастлива с любимым.

Пинкертон женится на ней по местным обычаям, но потом срок его службы заканчивается, и Пинкертон возвращается в Штаты. Чио-Чио-сан тем временем рожает от него ребенка и ждет любимого обратно. А Пинкертон спокойно женится на девушке своего круга, потому что японские браки в США недействительны. Через три года он снова прибывает в Японию уже с молодой женой, и Чио-Чио-сан понимает, что муж ее предал. Он требует отдать ему сына, и мадам Батерфляй соглашается, после чего совершает самоубийство.

Трагическая история о предательстве и любви вызвала немало слез у зрителей. Опера была написана композитором Джакомо Пуччини в 1903 году. В те годы Япония только-только начинала открываться для жителей материка, и первыми ее гостями, понятное дело, стали моряки. И, конечно же, между ними и местными девушками завязывались любовные романы. Но далеко не так печальны были их судьбы, как у мифической Чио-Чио-сан.

 

«Временные жены» гайдзинов

Дело в том, что японцы – очень практичные люди. И когда первые корабли гайдзинов (так называют иностранцев на островах) пристали с разрешения императора к японским берегам, то они быстро поняли, что лучшим способом наладить контакт с загадочными европейцами, будут именно семейные отношения.

Кстати, первыми иностранцами на берегах Японии стали русские. В 1870-е годы в пригороде Нагасаки была даже русская деревня. Называлась она Инасамура или Инасу. Ее жителями были портовые служащие, таможенники, купцы и моряки. Именно здесь и возникали русско-японские семьи. И жены у моряков так и назывались «временные» – по-японски «мусуме».

Это были не проститутки или гейши, девушки становились полноценными женами гайдзинам на то время, пока корабль моряка стоял в гавани. Обычно это был срок от года до трех. Заключался официальный контракт, по которому иностранец «получал в полное распоряжение японскую подданную, обязуясь в обмен на это предоставить ей содержание — еду, помещение, наёмную прислугу, рикшу и прочее.

О жизни с японской женой писал в своих мемуарах Великий князь Александр Михайлович, который служил в русском флоте на корвете «Рында» и несколько лет прожил в Японии:

«Мы с любопытством наблюдали за тем, как держали себя игрушечные японочки. Они все время смялись, принимали участие в нашем пении, но почти ничего не пили. Он представляли собою странную смесь нежности с невероятной рассудочностью. Их сородичи не только не подвергали их остракизму за их связи с иностранцами, но считали их образ жизни одною из форм общественной деятельности, открытою для их пола.

Впоследствии они намеревались выйти замуж за японцев, иметь детей и вести самый буржуазный образ жизни. Пока же он были готовы разделить общество веселых иностранных офицеров, конечно, только при условии, чтобы с ними хорошо и с должным уважением обходились.

Всякая попытка зависти флирт с «женой» какого-нибудь офицера была бы признана нарушением существующих обычаев. Их определенное миpocoзеpцание не носило никаких следов западноевропейского мышления; как все обитатели востока, они проповедовали моральную непорочность и духовную верность, которая в их глазах ценилась гораздо выше физической невинности. Почти никто из европейских или же американских писателей не сумел истолковать эту черту японского рационализма.

Разбитое сердце «мадам Беттерфлей» вызвало взрыв хохота в Империи Восходящего Солнца, потому что ни одна из носительниц кимоно не была настолько глупа, чтобы предполагать, что она могла бы остаться с «мужем» до гробовой доски. Обычно «брачный контракт» заключался с японками на срок от одного до трех лет, в зависимости от того, сколько времени находилось военное судно в водах. Японии. К моменту истечения срока подобного контракта, появлялся новый офицер, или же, если предыдущей «муж» был в достаточной мере щедр и его «жена» могла, сэкономить достаточную сумму денег, то она возвращалась обратно в свою семью».

 

Быт японо-иностранной семьи

Временно женился и сам Александр Михайлович. Оставаться холостым в те годы молодой человек никак не мог: могли счесть, что он имеет «иные наклонности», раз не женат и не ходит по борделям.

«Haконец, у меня завелся свой собственный дом, правда очень скромный по размерам и убранству. Однако, командир «Рынды» строго следил за тем, чтобы мы, молодежь, не слишком разленились, и заставлял нас заниматься ежедневно до шести часов вечера. Но в половине седьмого я уже был «дома» за обеденным столом в обществе миниатюрного существа.

Веселость характера этой японочки была поразительна. Она никогда не хмурилась, не сердилась и всем была довольна. Мне нравилось, когда она была одета в кимоно различных цветов, и я постоянно приносил ей новые куски шелка. При виде каждого нового подарка, японочка выскакивала, как сумасшедшая, на, улицу и созывала наших соседей, чтобы показать им обновку. Уговорить ее делать меньше шума — было бы напрасным трудом; она очень гордилась великодушием своего «самурая».

Она попробовала сшить кимоно и для меня, но, моя высокая фигура, закутанная в это японское одеяние, дала ей повод к новым восклицаниям и восторгам. Я поощрял ее любовь принимать моих друзей и не уставал любоваться, с каким серьезным достоинством эта кукла разыгрывала роль гостеприимной хозяйки. По праздникам мы нанимали рикшу, ездили осматривать рисовые плантации и старинные храмы, и обычно заканчивали вечер в японском ресторане, где ей оказывалось неизменно глубокое уважение. Pyccкиe офицеры называли ее в шутку «нашей великой княгиней» — причем туземцы принимали этот титул всерьез. Почтенные японцы останавливали меня на улице и интересовались, не было ли у меня каких-либо претензий в отношении моей «жены». Мне казалось, что вся деревня смотрела на мой «брак», как на известного рода политический успех.

Так как мне предстояло, остаться в Нагасаки около двух лет, я решил изучить японский язык. Блестящее будущее Японии не вызывало во мне никаких сомнений, а потому я считал весьма полезным, чтобы хоть один из членов Императорской Фамилии говорил бы на языке страны Восходящего Солнца. Моя «жена» предложила мне быть моей преподавательницей, и через некоторое время, несмотря на трудности японской грамматики, я научился стольким фразам, что мог поддерживать разговор на простые темы».

Вот так на самом деле выглядела жизнь «Чио-Чио-сан». Конечно, если между мужем и женой складывались добрые отношения, то она могла грустить о его отъезде, но ни одна из мусуме не предполагала, что ее брак будет вечен.

Конечно, в таких браках рождались дети. Так, сын знаменитого химика Менделеева Владимир был временно женат на японке по имени Така Хидесима, и супруга родила ему дочь Офудзи. Эта история легла в основу романа Валентина Пикуля «Три возраста Окини-сан».

 

История по мотивам истории

А трагическая история мадам Батерфляй и вовсе стала переложением переложения. Изначально основой сюжета стала одноактная пьеса американского драматурга и режиссёра Дэвида Беласко, которая была переработкой рассказа «Мадам Баттерфляй» американского писателя Джона Лютера Лонга, который в свою очередь был вдохновлен автобиографическим романом французского писателя и путешественника Пьера Лоти «Мадам Хризантема».

Пьер Лоти (слева) и его «Мадам Хризантема» в Японии…

Кстати, очень интересное произведение. Пьер Лоти был мореплавателем и в 1885 году прожил два месяца в Нагасаки, обзаведясь, как водится «временной женой». Звали ее О-кику-сан, что означает «Хризантема». И на протяжении всего романа Лоти задается вопросом: любит ли его жена, и как постичь загадочную душу японской женщины.

А в конце книги он уезжает, и Хризантема провожает его поклоном:

«Она падает ниц на пороге, лбом касаясь земли, и остается в этой позе глубочайшего почтения до тех пор, пока я не скрываюсь из виду в глубине тропинки, по которой ухожу навсегда. Удаляясь, я все-таки оборачиваюсь раз или два, чтобы взглянуть на нее, — но это только из вежливости, да и потом, надо подобающим образом ответить на ее красивый прощальный поклон…»

Последствия смешанных браков для иностранцев

Итак, японки ни в коем случае не ждали, что брак с красавцем-гайдзином будет постоянным, а напротив, планировали свою жизнь и дальше, после того, как «муж» отбудет. Брак был временным, а рожденные в нем дети не являлись изгоями. Зато в Европе и Америке в начале ХХ века вряд ли радовались бы полукровкам.

Напомню, что в США в тот период продолжается сегрегация. В 1905 году выходит закон о запрете браков между белыми и монголами. Кстати, монголами там называли всех азиатов, не различая японцев, китайцев или корейцев. В октябре 1906 года комитет Сан-Франциско по вопросам образования проголосовал за сегрегацию школ по расовому признаку. И 93-м ученикам этого округа приказали перейти в специальную школу «для своих» в Чайнатауне, а ведь 25 из них были официально американскими гражданами.

Учитывая, что действие оперы «Мадам Батерфляй» заканчивается в 1906 году, Пинкертон никак не мог ратовать за то, чтобы привезти своего японского сына в Америку. Напротив, он бы всячески открещивался от самого факта его существования.

 

Вопросы веры и религии

Теперь перейдем к одному из самых сложных вопросов: религия. По сюжету оперы Чио-Чио-сан принимает христианство, чтобы быть в одной вере с Пинкертоном. Кстати, кроме того факта, что Баттерфляй заявила о переходе в христианство, никаких упоминаний о том, что она действительно это сделала, в опере нет. Но, допустим, что она приняла крещение. К ее услугам были римская-католическая церковь, протестантский Союз христианских церквей Японии, англиканская церковь и даже Русская православная церковь.

Конкретное направление, скорее всего, должен был выбрать Пинкертон. Вряд ли он остановился бы на православии или католичестве. Самым распространенным течением в США было протестантство. А значит, его выбор пал бы на Союз христианских церквей.

Но у японцев очень специфическое отношение к религии, ведь их собственная густо замешана на мистике и традициях. Так что для Баттерфляй крещение могло стать просто одним из ритуалов, равно как и регулярное посещение церкви. При этом ни один японец-христианин не отказывался от традиций поминания предков, от празднований и обрядов. Разве что мог не давать денег синтоистским храмам. Проклинать за смену веры – чисто европейское понятие. Ни в одной другой местности таких обычаев нет.

Могут быть недовольны, могут поругаться и не общаться какое-то время, старорежимные родственники могут и отвернуться. Но в Японию начала ХХ века слишком много всего нового хлынуло с континента. Старики ворчали о нарушении устоев, но молодежь с интересом изучало новшества. Христианство было одним из них. Не будем сейчас углубляться в историю появления этой религии в Японии, скажу лишь, что запрет на него был снят на островах в 1873 году. И Чио-Чио-сан могла видеть изрядное количество христианских проповедников, но вряд ли прониклась их идеями.

Трагическая история мадам Баттерфляй – это история европейская, но никак не японская. Просто для колорита и в дань моде вместо какой-нибудь «Манон» или «Дамы с камелиями» героиней стала японка. И ее жизнь обрисована именно европейскими трагедиями: проклятие за смену веры, фальшивый брак, отнятый ребенок. Да и слово «гейша» для европейца до сих пор звучит синонимом куртизанки. Все это не могло происходить с японскими мусуме.

Так что не водите своих друзей из Страны Восходящего солнца на оперу Пуччини. Лучше сходите с ними в театр Кабуки и попробуйте понять тонкости чисто японского театра.

 

 

4.9 11 голоса
Рейтинг
Подписаться
Уведомить о
guest
3 Комментарий
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Владимир
Владимир
5 месяцев назад

Спасибо за статью. Интересно и познавательно.

Н.П.
Н.П.
5 месяцев назад

Автор точно знает отношение японцев к иностранцам в Японии на протяжении нескольких столетий? Первые католические проповедники появились здесь в 17 веке с португальцами. Так что христианство, в том виде и состоянии, в каком оно было на Западе, никак не было новинкой для местных жителей.
Пожурить, говорите. А между тем в Японии действовал очень долгое время полный запрет на посещение иностранцами и запрет на проповедь.
У если хотите узнать действительное положение дел, почитайте житие святителя Николая Японского, его воспоминания и переписку.
А временные жены — это нечнр, конечно. Как и духовное состояние нашего общества в начале 20 века.

Роман
Роман
5 месяцев назад

Некоторые сомнения вызывает объяснение термина «мусуме».
娘 — это «дочь», или, в переносном значении, «девочка».
Не исключено, что в переносном значении так называли и временных жен, но собственно «временного» в слове ничего нет. Можно поинтересоваться источником информации?

Похожие статьи